Филип Дик - Король эльфов [сборник рассказов]

Внезапная догадка осенила охотника. Отложив пистолет, он схватил череп и возле зеркала поднял его на уровне лица, присмотрелся к зубам. Обнажил свои.

И все понял.

Он держал в руках собственный череп. Собственный череп он прижал сейчас к своей, пока еще живой щеке.

И умереть сегодня должен сам Конгер. Он и есть Основатель.

Отложив череп на полку, он выждал какое-то время. Лениво перебрал рычажки на пульте, вслушиваясь в приглушенный рев моторов снаружи, к голосам. Может, вернуться в свое время, туда, где его дожидается Спикер? Попытаться бежать…

Бежать?

Конгер еще раз взглянул на череп. На пожелтевшие от времени кости. Куда бежать, если он вот сейчас держал в руках собственный череп?

Ну отсрочит он свою смерть на месяц, год или полвека — и что? Время ничего не значит. Он пил горячий шоколад с девушкой, которая родилась за полтора столетия до самого Конгера. Бежать? Если только ненадолго.

По-настоящему скрыться не получится. Не выиграет он себе времени больше, чем выигрывал или выиграет кто-либо когда-либо в мире.

Разница в том, что Конгер держал в руках свой череп, свои кости. Голову собственной смерти.

Другие же — нет.

Покинув кабину, Конгер, безоружный, двинулся навстречу поджидающим его людям. Их собралось много — стоят и смотрят. Приготовились к бою, потому что знают: Конгер прихватил с собой нечто. Слышали про случай в кафе.

Пришло много полицейских — с оружием и слезоточивым газом. Они спускались по холму, шли сквозь заросли деревьев. Подбирались все ближе и ближе. Знают свое дело, им не привыкать.

В Конгера чем-то бросили. С улыбкой он посмотрел себе под ноги — камень.

— Ну давай! — крикнули из толпы. — У тебя что, бомбы нет?

— Кинь бомбой! Ты, бородатый! Разбомби нас!

— Да, разбомби!

— Кинь пару атомных бомбочек!

В толпе засмеялись. Конгер упер руки в бока, и смех прекратился. Люди поняли: незнакомец желает что-то сказать.

— Прошу прощения, — сказал Конгер. — Бомбу я не прихватил. Вы ошиблись.

Люди зашептались, забормотали.

— Зато у меня есть пистолет, — продолжал Конгер. — Хороший пистолет. Его создали ученые гораздо умнее ваших. Но я и его не стану использовать.

— Почему? — недоуменно выкрикнули из толпы, с самого края которой стояла женщина и смотрела на Конгера.

Знакомое лицо…

Ну конечно! В тот день, возле библиотеки. Конгер свернул за угол и наткнулся на нее. Женщина тогда посмотрела на Конгера, обомлев, а он и не понял почему.

Теперь же он улыбался. Смерти, которую охотник сейчас добровольно принимает, получится избежать. Толпа стоит и смеется, смеется над человеком вооруженным, но оружие не применяющим. А ведь этому человеку, благодаря причудам науки, суждено предстать перед ними спустя пару месяцев, когда его кости уже будут гнить, погребенные на тюремном кладбище.

Затейливым образом Конгер обманет смерть. Сегодня погибнет, а после воскреснет — ненадолго, всего на полдня.

Но и того людям хватит, чтобы увидеть его и понять: он выжил и неким образом вернулся в мир.

Потом он вновь родится, но уже два века спустя. Целых два века спустя.

Родится, как ни в чем не бывало, в маленькой охотничьей деревушке на Марсе. И вырастет, учась охотиться и торговать…

К краю поля подкатила полицейская машина. Толпа чуть попятилась, а Конгер поднял руки.

— У меня для вас любопытный парадокс, — сказал он. — Те, кто отнимает жизни, теряют собственные. Те, кто убивает, гибнут сами. Однако те, кто отдает свою жизнь, живут дальше!

Все засмеялись — как-то нервно, негромко. Тем временем полиция подошла совсем близко. Конгер улыбнулся. Он сказал все, что хотел. Оставил такой маленький парадокс, над которым людям предстоит еще думать, который им предстоит помнить.

Улыбаясь, Конгер ждал заранее уготованной смерти.

cd0546633700c4964de64-text/javascript">(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});